абсолютному безверию, которое подобно некому яду отравляет и разрушает вечную жизнь и превращает этот мир в страшные муки. Поэтому мы не можем сделать Рисале-и Нур орудием чего бы то ни было.
Во-первых: дабы из-за подозрений политической пропаганды не уподобить в глазах беспечных людей алмазные истины Корана кусочкам стекла, и тем самым не допустить предательство по отношению к их ценностям.
Во-вторых: такие основы пути Рисале-и Нур, как милосердие, справедливость, правда и совесть, строго запрещают нам вмешиваться в политику и власть. Так как, есть семь или восемь невинных детей, больных и стариков, связанных с одним или двумя безбожными людьми, которые впали в полное безверие и заслуживают наказания и беды. И когда приходит беда, страдают и эти несчастные люди. По причине того, что в большинстве своем конечный результат всегда сомнителен, нам строго запрещается вмешиваться посредством политики в общественную жизнь, что может нанести вред правительству и общественному порядку.
В-третьих: в наше неспокойное время для сохранения общественной жизни страны и нации от анархизма крайне необходимо соблюдение пяти принципов: взаимоуважение, сострадание, доверие, повиновение законам и отстранение от запретного. И за прошедшие двадцать лет Рисале-и Нур превратил сто тысяч человек, каждого в отдельности, в полезных членов этой нации. Это, в свою очередь, свидетельствует о том, что когда Рисале-и Нур касается вопросов общества, то он, твердо и свято укрепляя и усиливая воздействие этих пяти принципов, сохраняет основы общественного порядка. Провинции Испарта и Кастамону являются тому свидетелями. Стало быть большинство из тех, кто сознательно или нет выступает против Рисале-и Нур, поступают предательски по отношению к Родине, народу и доминированию Ислама, в угоду анархии. Таким образом, якобы являющиеся вредоносными в представлении беспечных людей две-три брошюры, не могут опровергнуть все сто тридцать брошюр Рисале-и Нур, которые стали ста тридцатью пользами и благами для этой страны. И те, кто старается этим их опровергнуть, яляются крайне бесчеловечными угнетателями.
Ну а что касается недостатков моей маловажной личности, то я невольно буду вынужден сказать вам: какой же закон позволяет вам причинять боль ста тысячам невинных братьев из-за постоянных придирок и упреков в адрес человека, который в течение двадцати