ответственности». И по поводу терминов «Старый Саид» и «Новый Саид», они сказали, что существуют две личности; во втором из которых имеется смысл чрезмерной силы веры, и знание истин Корана; и чтобы заслужить к себе расположения философов, они говорят, что «есть вероятность умственного и духовного помешательства», а также, чтобы избавить нас от ответственности этих выражений, они, задабривая наших противников, говорили, что «принимаются во внимание вероятные слуховые или зрительные галлюцинации». Труды Рисале-и Нур, превзойдя все умы, и полностью пройдя через их руки, дают достаточный и обоснованный ответ, который основательно опровергает эту их вероятность. А такими частями, как защитительные речи и Плоды Веры оставляет в изумлении всех адвокатов. И я бесконечно благодарен Аллаху за то, что подобной вероятностью удостоил меня осмыслению славного Хадиса.
К тому же, экспертный совет, полностью оправдывая меня и всех моих братьев, говорит: «Они связали себя с научными и компетентными трудами Саида, ради веры и Иного мира; и мы ни с какой стороны не нашли среди них ни одного признака злого умысла против властей – ни в их разговорах, ни в книгах, и ни в трактатах», – затем эта комиссия единогласно вынесла решение, под которым поставили свои подписи философ Неджати, Юсуф Зия (ученый), и еще один философ Юсуф. Одно приятное совпадение: мы эту тюрьму в отношении нас называем Медресе Юсуфа (а.с.), а брошюру Плоды Веры его плодом, так же и эти два Юсуфа, тайно, языком своего состояния, выражают: «У нас тоже есть доля в этом Медресе Юсуфа (а.с.)». Кроме того, во фразах «Тридцать третье слово», и «Тридцать три окна тридцать третьего письма», а также, видя себя в виде надгробного камня, и услышанное им от своей кошки «Йа Рахим, Йа Рахим», все это приятный аргумент на их галлюциногенное состояние и умственное помешательство.
Саид Нурси ∗∗∗
► (78) ◄
بِاسْمِهِ سُبْحَانَهُ
Дорогие мои, преданные братья!
Поскольку мы согласно бесчисленным признакам, находимся под божественной заботой, и поскольку перед лицом столь многочисленных безжалостных врагов Рисале-и Нур не был побежден, а в некоторой степени даже принудил к молчанию