мире непродолжительны и проходят впустую, разумеется, людей, которые вследствие небольших затруднений достигают больших успехов, следует поздравить.
Мои братья! Эти широко распространенные нападки врагов направлены против достижений Рисале-и Нур. Но они поняли, что чем больше Рисале-и Нур подвергается атакам, тем ярче он светит, а круг читателей, расширяясь, приобретает большее значение и становится непобедимым. Но, только он действует под завесой
سِرًّا تَنَوَّرَتْ . По этой причине они изменили свою тактику и больше не атакуют открыто Рисале-и Нур. И поскольку мы находимся под Божественной опекой, разумеется, мы в совершенном терпении должны выражать благодарность. ∗∗∗
► (37) ◄
بِاسْمِهِ سُبْحَانَهُ
Мои дорогие, преданные братья!
Возникла необходимость объяснить вам два моих странных и тонких состояния.
Первое: когда, находясь в одиночной камере, я не мог встретиться с такими, как вы, моими братьями, которых я люблю больше своей жизни, мне в сердце было низведено, что это является Божественной милостью и обстоятельством моего благополучия. Поскольку, многие из наших братьев, которые тратили пятьдесят лир для того, чтобы увидеть меня в Эмирдаге в течение пяти-десяти минут, некоторые в течение десяти минут, а некоторые возвращались, вовсе не увидевшись со мной, под этим предлогом бросили бы себя в это медресе Юсуфа (а.с.). Если, даже мое ограниченное время и состояние души, возникшее от моего уединения, предоставили бы мне возможность сполна пообщаться с теми преданными друзьями, то служение Рисале-и Нур не позволило бы мне этого сделать.
Во-вторых: однажды, участники войны, увидели одного известного ученого сразу на нескольких фронтах и сказали ему об этом. А он ответил: «Это делают вместо меня некоторые святые в моем облике, чтобы дать возможность мне обрести награду, а верующим воспользоваться моими уроками.» Точно так же в Денизли было официально объявлено, что меня видели в тамошних мечетях, о чем управляющий и надзиратели тюрьмы были проинформированы. Некоторые из них встревоженно вопрошали: «Кто открывает ему двери тюрьмы?» То же самое произошло и здесь. Но вместо