Правителей был Халифом и лидером общества. Несомненно, что Абубакр Сыддык (р.а..), Аширеи Мубашере и Почтенные Сподвижники выступали в качестве лидеров республики. Однако, они не были бессмысленным олицетворением этого титула, а скорее они являлись лидерами общества в религиозном понимании, то есть, представляли истинную справедливость и свободный Шариат.
Итак, о общественный обвинитель и судебные заседатели! Вы обвиняете меня в противоположность моим убеждениям, имеющиеся у меня в течение пятидесяти лет. Если вы спрашиваете меня о светском государстве; то насколько я знаю смысл понятия светский, означает быть нейтральным; то есть, воспринимаю такую власть, которая по правилу свободы совести не задевает права как безбожников и распутных, так и набожных и богобоязненных. И уже десять лет – а сейчас уже прошло двадцать – как я отстранился от политической и общественной жизни. Я не знаю какое положение приобрела на данный момент власть. Не приведи Господь, если принятые посредством безбожия законы сейчас приняли такие зловещие формы, что привлекают к ответственности живущих для своей веры и Иного мира, то я с бесстрашием напоминаю и заявляю, что будь у меня даже тысячу жизней, я готов буду ими пожертвовать ради веры и своего Иного мира. Делайте, что вам угодно! Последним моим словом будет, ﴾ حَسْبُنَا اللّٰهُ وَنِعْمَ الْوَك۪يلُ ﴿, и в ответ на ваши несправедливые смертные и строгие приговоры, я скажу, что с убедительными открытиями в Рисале-и Нур, я не приговариваюсь к казни, а скорее, получив освобождение, отправляюсь в мир света и счастья. И вас, о несчастные, угнетающие нас посредством заблуждения; я знаю и воочию вижу приговоренными к вечной казни и пожизненному одиночному заточению, и сполна отомстив вам за себя, готов с совершенным спокойствием в сердце отдать душу!
Заключенный
Саид Нурси ∗∗∗
بِاسْمِهِ سُبْحَانَهُ
Господа!
В силу многих причин у меня сложилось твердое убеждение: те, кто нападают на нас, якобы из-за того, что мы «нарушаем общественный порядок, используя при этом религиозные чувства», действуют не в интересах правительства, а в интересах безбожия; и, прикрываясь