что горделивое объявление о скрытой благодати становится причиной ее исчезновения. Однако другого выхода нет, я вынужден рассказать об этом.
Итак, первый пример. Уже шесть месяцев я живу с одним мешком пшеницы, из которого вышло тридцать шесть булок хлеба. И он до сих пор не пуст, в нем еще есть зерно. Когда кончится – не знаю (Прим.) [^15].
[^15]:Примечание: Его хватило на год
Второй. Во время этого благословенного Рамадана лишь из двух домов мне отправили угощение, и оба раза я от него заболел. Из чего я понял, что пища других мне не дозволена. В остальное время, в течение всего Рамадана, по сообщению и свидетельству благословенной семьи, ухаживающей за мной, и ее хозяина – моего преданного друга Абдуллаха Чавуша, мне было достаточно трех булок хлеба и одного килограмма риса. И этот рис кончился только лишь через пятнадцать дней после Рамадана.
Третий. В горах, мне и моим гостям, одного килограмма сливочного масла хватило на три месяца, при том, что мы каждый день ели его с хлебом.
Даже как-то ко мне пришел один благословенный гость по имени Сулейман. У меня закончился хлеб, и у него тоже. Была среда, и я ему сказал: «Иди, принеси хлеб». На расстоянии двух часов от нас не было ничего, где можно было бы взять хлеб. Он сказал: «Хочу в ночь на пятницу вместе с тобой молиться на этой горе». Я сказал:
تَوَكَّلْنَا عَلَى اللّٰهِ «Оставайся».
عَلَى اللّٰهِ Затем, безо всякой причины и без всякого умысла мы, прогуливаясь вместе, поднялись на вершину одной горы. В кувшине у нас была вода, и было немного чая и сахара. Я сказал ему: «Брат, сделай немного чаю». Он занялся этим делом, а я сел под одним кедром, смотрящим в глубокое ущелье, и с сожалением подумал: «У нас есть лишь один заплесневевший кусок хлеба, которого нам двоим хватит только на этот вечер. Что мы будем делать два дня, и что я скажу этому чистосердечному человеку?» – и когда я раздумывал об этом, вдруг, словно кто-то повернул мою голову, я повернулся и увидел: на вершине кедра, среди ветвей лежит и словно смотрит на нас большой каравай хлеба. Я воскликнул: «Сулейман, взгляни! Всевышний дал нам пропитание!» Мы взяли этот хлеб и увидели, что его не тронули ни птицы, ни дикие животные. Однако на эту гору уже двадцать-тридцать дней не поднимался ни один человек. Этого