нам оправдательное решение; и если бы они знали, что возможно девяносто процентов жителей этой страны будут свидетельствовать о безвредности и пользе учеников Рисале-и Нур в отношении нации и родины, они, несмотря на их невинное положение, и на их нужду в утешении и снисхождении со стороны закона, в настоящее время подвергаются вероломному и презрительно жестокому обращению. И ввиду того, что мы с терпением и выдержкой решили встречать каждое бедствие и оскорбление, без каких-либо возражений полагаясь на Аллаха, мы говорим: «В этом тоже есть благо для нас». Однако, я опасался, что из-за необоснованных подозрений и злорадных манипуляций журналистов эти действия могут причинить вред невинным людям, что был вынужден написать этот пункт. Во всяком случае, если в этом вопросе и есть какая-либо вина, то она полностью принадлежит мне. Эти несчастные, с целью сохранения своих религиозных убеждений и жизни в Ином мире, помогали мне только ради довольства Аллаха. В то время, когда они заслуживают похвалы и признательности за это, подобное отношение к ним стало достаточной причиной для прихода суровой зимы.
При этом, удивителен тот факт, что они вновь выдвигают нам необоснованные подозрения о политическом обществе. Однако, вместе с тем, как три суда оправдали нас после тщательного изучения аспекта этого дела, ни суды, ни полиция, ни экспертная комиссия не обнаружили каких-либо признаков «общества», что могло бы оправдать данное обвинение. И подобно берущим урок у своего учителя ученикам, или студентам университетов, или заучивающих у хафиза чтецам Корана, ученики Рисале-и Нур связаны между собой узами духовного братства. Те, кто под формулировкой «политическое общество» выдвинул против них обвинения, должны считать виновными так же всех ремесленников, проповедников и школьников, принадлежащими к таким обществам. Поэтому, в результате таких бессмысленных и необоснованных обвинений я не вижу смысла выступать с защитой здесь за тех, кто был лишен свободы.
Однако, мне ничто не помешает защитить Рисале-и Нур теми же фактами, которые я использовал в трех своих защитительных речах, привлекших к себе внимание как в этой стране, так и в Исламском мире, со своим материальным и духовным благословением. И ни один закон или политика, не смогут этому воспрепятствовать.
Да, мы являемся общиной! И относимся к такой общине, в которой находится по триста пятьдесят миллионов последователей каждый век, и каждый день пятикратным намазом они с совершенным почтением выказывают свое отношение и служение этой священной общине, и