истины и правды, дабы с тем помочь спасти его веру, можно лишь только с раскрытием той грани Мудрого Корана, которая обращена именно к нашему веку, дав его толкование в таком виде, от которого смогут извлечь пользу все.
Итак, Бадиуззаман Саид Нурси, раскрыв в Рисале-и Нур истины Благородного Корана, в которых нуждается этот век, удостоился успеха растолковать их и объяснить в таком виде, в котором их может использовать каждый в зависимости от своих способностей. Поэтому появляется убеждение в том, что Рисале-и Нур является неким шедевром, подобия которому не было до сих пор. И опять же вследствие этой привилегии Рисале-и Нур, в этой благословенной исламской нации миллионы счастливцев, отдавая предпочтение и чувствуя некую большую нужду, с большим желанием и любовью читали эти книги, несмотря на притеснения, продолжавшиеся годами. И поскольку Рисале-и Нур был написан во время нужды в нем, то он распространился по всей Турции и по всему Исламскому миру, и показал, что он удостоился некой привилегии, делающей причастным к нему весь мир.
Мои дорогие друзья! Саид Нурси, будучи сорок лет назад в Стамбуле, сделал удивительное объявление. Он сказал: “Пусть каждый задает любой вопрос”. Поэтому известные ученые и эрудиты того времени один за другим начали приходить к Бадиуззаману, и он без раздумий правильно отвечал на их самые сложные и запутанные вопросы, касающиеся разнообразных тем и всякого вида знаний.
Такого исламского гения, обладающего таким высоким и объемлющим знанием, который сделал бы такое заявление, не установив при этом никаких границ и пределов, то есть не ставя никаких рамок, говоря: “Задавайте вопросы только по той или иной науке, или теме”, и который в результате бы постоянно одерживал верх, человеческая история еще не видела (за исключением Века Счастья [^5]).
[^5]:Век Счастья – время пророческой миссии Мухаммада Мир Ему и Благо – прим. пер.
И даже в то время исламские ученые, не смогшие победить в споре Бадиуззамана Саида Нурси, пришедшего в Стамбул с неприступных гор и отвесных скал Курдистана, пожелали, чтобы этого молодого ходжу одолел приехавший тогда в Стамбул один из ректоров Египетского Университета Аль-Азхар – Шейх Бахид Эфенди. Приняв эту просьбу, Шейх Бахид Эфенди стал искать почву для диспута. И однажды, выйдя после намаза из “АяСофьи” и сидя в чайхане, он, найдя удобный момент, обратился к Бадиузза-