Пятая основа

• Пятая основа: И поймешь, что эти тленные творения созданы не для тлена. Не для того чтобы, показавшись на некоторое время, исчезнуть. Скорее они на короткое время собрались в мире бытия, приняли желаемое положение, дабы запечатлелись их формы, зафиксировался их облик, дабы стала понятна их суть и были записаны их итоги... К примеру, чтобы для жителей вечности сформировались постоянные панорамы, которые в вечном мире стали бы основой для других целей.

То, что всякая вещь создана для вечности, а не для тлена, или точнее, что внешний ее тлен является завершением ее обязанности и освобождением, становится понятно из того, что некая тленная вещь с одной стороны исчезает, но с многих сторон остается вечной.

Например, посмотри на этот цветок, являющийся одним из слов Могущества. Какое-то короткое время этот цветок, улыбаясь, смотрит на нас и тотчас скрывается за завесой тлена. Однако, словно слетевшее с твоего языка слово, которое уходит, но вручает ушам тысячи своих подобий, и по числу слышащих его умов оставляет в тех умах свои смыслы, после исполнения своей обязанности, которой является изложение смысла, уходит. Но уходит, оставив в памяти каждого видевшего его свой внешний облик, а каждом семечке свою духовную суть. Словно, каждая память и каждое семечко является фотоаппаратом, запечатлевающим его красоту, и неким местом продолжения его вечности.

Если таковы творения, находящиеся на самом простом уровне жизни, то становится понятным, насколько связан с вечностью человек, находящийся на самом высоком уровне жизни и являющийся обладателем вечной души. Видя среди беспокойных преобразований защиту и сохранение в совершенном порядке – в некоторой степени подобных духу – законов образования больших деревьев с их цветами и плодами, становится понятно, насколько связан и скреплен с вечностью, являющийся неким светлым законом-повелением дух человека, обладающий разумом и очень содержательной и высокой сутью, на которого надето внешнее бытие...

Шестая основа

• Шестая основа: И поймешь, что человек не предоставлен самому себе, чтобы он мог делать все, что захочет. Наоборот, все его деяния, запечатлеваясь, записываются и фиксируются для расчета по их результатам.