Восьмое Доказательство
● ВОСЬМОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО.
Пойдем, о, подобно моему нафсу (эго), возомнивший себя умным, неразумный товарищ! Ты не хочешь знать хозяина этого величественного дворца! Однако все вокруг показывает его, указывает на него и свидетельствует о нем. Как опровергнешь ты свидетельства всех этих вещей? Тогда давай, отрицай также и этот дворец, и скажи, что: “мира нет, государства нет”, также отрицай и себя, и исчезни. Или же образумься, послушай меня! Итак, смотри: вот есть однообразные элементы и материи, находящиеся внутри этого дворца и охватывающие это государство (Примечание-14) [^14]. Словно все, что есть в государстве, сделано из тех материй. Значит тот, кто является хозяином тех материй, является хозяином и всего, что из них сделано. Чье поле, того и урожай. Хозяину моря принадлежит и то, что в его глубинах.
[^14]:(Примечание-14): Элементы, материи – указание на воздух, воду, свет и почву, которые исполняют очень упорядоченные обязанности, спешат по воле Господа на помощь всякому, и проникают по Божественному повелению в любое место, дают помощь, доставляют жизненные необходимости, вскармливают живых, являются породителями, источником и колыбелью для тканей и узоров Божественных творений.
И смотри, эти ткущиеся вещи, эти узорчатые материи создаются из одного и того же материала. Очевидно ясно, что доставляет этот материал, подготавливает его и делает из него нить кто-то один. Потому что это дело не приемлет сотрудничества. Значит все эти ткущиеся искусные вещи присущи ему. И еще посмотри, каждый вид этих ткущихся, создающихся вещей присутствует в этом государстве повсюду, и они распространены со всеми своими подвидами и разновидностями, они создаются и ткутся все вместе, одновременно и одним способом. Значит, все это дело принадлежит кому-то одному и оно движется по одному повелению. Иначе невозможно объяснить их объединение и совпадение по времени, по способу появления, по качествам и по составу. Если так, то каждая из этих искусных вещей подобно некому объявлению говорит о том скрытом мастере.
Словно каждая цветастая ткань, каждая искусная машина, каждая сладость является одним из чеканов того необычайного чудотворца, одной из его печатей, одним из его символов, одним автографом. Языком своего состояния каждая из них говорит: “Чьим творением я являюсь, тому же принадлежат хранилища и магазины, в которых я нахожусь”.
И каждый узор говорит: “Тот, кто соткал меня, соткал и ткань, на которой я нахожусь”.
Каждая сладость говорит: “Тому, кто меня стряпает и печет, принадлежит и казан, в котором я лежу”.