некого закона, некой программы. И Коран в виде плодоносного дерева снова и снова показывает последовательные, непрерывные истины. И разве можно сравнить это со всеми известными человеческими словами?

اَيْنَ الثَّـرٰى مِنَ الثُّرَيَّا “Где поверхность Земли и где созвездие Плеяды?!”

Не смотри на то, что уже прошло тысяча триста пятьдесят лет с того момента, как Мудрый Коран раскрыл и выставил напоказ все свои истины на рынке Вселенной, каждый человек, каждая нация и каждая страна почерпнули свою долю из драгоценностей его истин, и все еще продолжают черпать. Однако ни та привычность, ни то изобилие, ни течение времени, ни те великие перемены не нанесли вреда его бесценным истинам, его прекрасному стилю и методам. Коран не постарел, не исчерпал себя, не потерял свою ценность и его красота ничуть не поблекла. Это состояние уже само по себе является чудом.

Если кто-то выйдет и по своей прихоти, по-детски, начнет сочинять собственные сочинения относительно некоторых истин, принесенных Кораном, и, выйдя против Корана, будет сравнивать свои сочинения с некоторыми аятами и скажет: “Вот я сказал слова, близкие к Кораническим”, – то насколько глупым это будет выглядеть!

И, например, представим себе, что некий великий мастер построил величественный дворец, камни которого состоят из разных драгоценностей, и разукрасил этот дворец посредством расположения камней прекрасным, уравновешенным орнаментом, обращенным к возвышенным узорам этого дворца. И вот, вдруг в этот дворец войдет простой человек, являющийся мастером в постройке обычных домов, ничего не соображающий в тех возвышенных узорах и никогда не видавший драгоценностей и украшений этого дворца, и начнет разрушать те возвышенные орнаменты и узоры тех драгоценных камней, и по-детски, исходя из своих желаний и капризов, придаст этому дворцу порядок и вид обычного дома, и развешает на стенах какие-то стеклянные бусы, которые понравились бы детям, и скажет: “Смотрите! Я более искусен, чем мастер этого дворца, и у меня больше богатств, и более ценные украшения”, – что было бы бредом сумасшедшего обманщика.