ются инцидента, в десять раз большего, нежели инцидент с Шейхом Саидом и “Менемен”! Из мухи сделали слона и приняли такие меры! Помня о моей прежней жизни, подумали, что вероломство приведёт меня в ярость. Но, наоборот, они обманулись. Мы всеми силами стараемся установить против анархии некую “Стену Корана”, подобную стене Зулькарнайна. Те, кто нам препятствуют, готовят почву для анархии, а скорее для коммунизма.
Да, если бы я как раньше, для сохранения достоинства знаний не выносил совершенно никаких оскорблений, и если бы моя истинная обязанность не была обращена только к Иному миру и к спасению мусульман от вечной казни, но подобно тем, кто мне мешает, касалась бы только этого мира и грязной политики, то эти элементы, старающиеся посеять анархию, послужили бы причиной инцидента, подобного десяти инцидентам “Менемен” и “Шейха Саида”.
И при том, что три суда и полиция множества вилайетов, в которых я побывал за двадцать лет, ни разу не выразили никаких законных претензий к моей одежде и, исходя из моих уважительных причин и одиночества, даже не намекнули мне на необходимость сменить её, сейчас такие произвольные, незаконные и насильные попытки заставить меня принародно надеть шляпу могли привести к большим волнениям со стороны сотен тысяч людей, на протяжении сорока лет братски связанных убеждённой верой.
Вообще, исходя из многих признаков, у нас появилось твёрдое убеждение в том, что эти незаконные действия, в которые замешаны иностранные интересы, и которые должны задеть моё самолюбие, будто направленные на то, чтобы разрушить народные симпатии ко мне, делаются для вышеупомянутой цели. Однако, да вознесётся бесконечная хвала Всевышнему, когда я нахожусь в дверях могилы, не имею никаких связей, устал от этого мира, бегу от почёта и народных симпатий и нахожусь в состоянии, когда у меня не осталось никаких склонностей к такой показухе как слава, почести и бахвальство, их незаконные вероломства против меня уже утратили всякую значимость. Препоручаю их Аллаху. Думая о том, что эти люди, которые из-за бессмысленных опасений причиняют мне такие мучения, скоро попадут на вечную казнь смерти, я испытываю настоящее огорчение и молю Всевышнего: “Господи, спаси с “Рисале-и Нур” их веру! Обрати с секретом Корана их вечную казнь в справку об освобождении! Я же за себя прощаю их!”
Саид Нурси ∗∗∗