который бы запретил аргументированные и не приемлющие возражений уроки истинной веры, наделяющие духовной силой, которая в свою очередь служит основой и для наслаждений мирской жизни, и для желания трудиться, и для стойкости против бесчисленных несчастий? Да и может ли быть такой закон?
Если же некий невежда, выдающий себя за патриота и не знающий истинных основ управления народом и общественного порядка страны, скажет: “Твои книги могут послужить основой для тех, кто нарушает общественный порядок и вмешивается в управление. И ты сам, если, проявив неосторожность, возразишь против нынешних властей, то с силой своих книг можешь стать причиной возникновения конфликта. Из-за этой вероятности мы тебе и мешаем”.
Ответ. Тот, кто получил урок от “Рисале-и Нур”, конечно, не войдёт в смуты, проливающие кровь невинных и попирающие их права. И тем более, как показывает неоднократный опыт, эти бесплодные и вредоносные смуты его никоим образом не интересуют. И то, что в десяти смутах последних десяти лет не принял участие даже один из десяти учеников “Рисале-и Нур”, а скорее, вообще ни один, показывает, что эти книги противостоят смутам и являются основой общественного порядка. Интересно, когда легче управлять и сохранять общественный порядок: имея дело с тысячей верующих людей, или с десятью непристойными безбожниками? Да, вера, наделяя хорошими качествами, даёт и чувство сострадания, и склонность избегать причинения вреда. Что же касается моей неосторожности, то в Испартском вилайете знают, что последние тринадцать лет, для того, чтобы насколько только возможно уменьшить вероятность привлечения к себе внимания властей, чтобы не связываться с ними и не вмешиваться в их дела, я живу в одиночестве, с чувством сострадания и избегаю политики.
Эй бессовестные, бросившие меня в эту беду! Понимаю, что вы разгневались на меня за то, что я не действовал против общественного порядка. Вы арестовали меня из своей враждебности к этому общественному порядку. Да, те, кто желает нарушить всеобщее спокойствие и вмешиваться в управление, они и заставили арестовать меня, обманув власть и попусту отвлекая правосудие. Их должны обвинять не только мы, но в первую очередь сам прокурор должен отдать их под суд.
Если будет сказано: “Ты не имеешь ни какой должности и не можешь, принимая почести народа, давать религиозные уроки, как уполномоченные для этого люди. И есть официальное управление, занимающееся религиозным обучением, для этого нужно его разрешение”.