Вопрос. Ты проявляешь чрезмерность, воображение показываешь реальностью и нас оскорбляешь, обвиняя в невежестве. На дворе ахирзаман (последние времена), чем дальше, тем будет хуже!?

Ответ. Отчего этому миру быть для всех миром прогресса, а только для нас – миром регресса? Разве это так? Тогда я с вами разговаривать не буду, повернусь в эту сторону. Буду говорить с людьми будущего.

О, спрятавшиеся за высоким веком, который наступит после трёхсот, молча слушающие слова “Нура” и созерцающие нас скрытым взором Саиды, Умары, Хамзы, Османы, Тахиры, Юсуфы, Ахмеды и другие! Я обращаюсь к вам. Поднимите головы, скажите: “Ты прав!”. И сказать так ваш долг. Эти мои современники пусть хоть все меня не слушают. Из долины прошлого, называемой историей, я по беспроводному телеграфу, обращённому к вашему высокому будущему, разговариваю с вами. Что поделать, я поторопился, пришёл зимой, вы же придёте во время похожей на рай весны. Посеянные сейчас семена “Нура” раскроют цветы на вашей земле. Мы, в качестве платы за наше служение, ждём от вас вот чего: когда вы придёте для того, чтобы перенестись на континент прошлого, загляните на наши могилы. На вершину называемой могильным камнем моего медресе (Прим. 1) [^126], крепости, принявшей наш прах и стерегущей землю Хорхора, положите несколько даров той весны. Мы предупредим сторожа, позовите нас. Из наших могил вы услышите голос: [^17] هَنِيئًا لَكُمْ .

[^17]:“Какое счастье для вас!”

[^126]:Примечание 1: То есть, крепости города Ван, подобной могильному камню медресе “Хорхор”, бывшего Ванским образцом “Медресетʼуз-Зехра” и скончавшегося.

Дети этого времени, сосущие вместе с нами молоко из его груди, глаза которых обращены в прошлое, а воображения, как и они сами, не действительны и противоречивы, пусть считают истины этой книги (Прим. 2) [^127] фантазией. Ведь я знаю, что темы этой книги претворятся у вас, как реальность.

[^127]:Примечание 2: Это посредством некого предчувствия сообщает о собрании книг “Рисале-и Нур”, которые будут написаны в будущем.

О мои собеседники! Я очень громко кричу, потому что стою на вершине минарета тринадцатого века, призывая в мечеть выглядящих внешне цивилизованными и безразличными к религии и мыслями находящимися в самой глубокой пропасти прошлого.

Итак, эй несчастные, ходящие на двух ногах мертвецы, оставившие Ислам, являющийся душой двух жизней! Не стойте в дверях следующе-