закон – повеления и запреты шариата, а его мечи – твёрдые аргументы. Потому что победу над цивилизованными людьми можно одержать лишь убеждением, а не принуждением! Истину ищут с любовью. Враждебность же была направлена против дикости и фанатизма. Цель этого союза – возвышение Слова Аллаха. Девяносто девять процентов Шариата касаются нравственности, поклонения, Иного мира и благодетели. Лишь одна сотая его связана с политикой, но и о ней пусть думают наши правители. Сейчас наши стремления направлены на то, чтобы, приведя в волнение эту светлую цепь, направить каждого в воодушевлении по пути прогресса к Каабе совершенствования. Потому что в это время важным средством возвышения Слова Аллаха является материальный прогресс!

Итак, я – член этого союза, и я из тех, кто старается продемонстрировать этот союз. Иначе, я не принадлежу каким-то партиям, служащим причиной расколов…

Вывод. Я присягнул Султану Селиму, принял его идеи Исламского Единства. Потому что он пробудил Восточные вилайеты и они присягнули ему. Сегодняшние жители тех вилайетов такие же, как и в те времена. В этом вопросе моими предшественниками являются Шейх Джемалетдин Афгани, из ученых ‒ покойный муфтий Египта Мухаммад Абдух, а также такие чрезмерные алимы, как Али Суави и Ходжа Тахсин, и такие нацеленные на Исламское Единство люди, как Намык Кемаль и Султан Селим, сказавший:

Опасность раскола и разногласий

Делает меня неустойчивым даже в могиле;

Объединившись мы сможем отразить атаки врагов,

Если не объединится народ, это ранит душу мою…

Явуз Султан Селим

Я внешне занялся этим для двух великих целей:

Первая: чтобы избавить это название от ограничений и обособлений и объявить о том, что эти слова касаются всех уверовавших, дабы они не впадали в расколы и не сомневались.

Вторая: чтобы с единобожием и единением препятствовать разделению на партии, ставшему причиной этой прошедшей великой беды. Но, к сожалению, время не позволило мне этого; пришёл сель, который снес и меня. И я думал так: Если есть пожар, то я потушу хотя бы его часть. Однако, моё одеяние наставника тоже сгорело, и ложная слава, с которой я не мог справиться, к счастью, также исчезла. Я, простой человек, взва-