Книги Аллаха и объяснении законов религии, написанные в соответствующем пониманию и уровню знаний времени стиле изложения, не являются плодом их личного мнения и высоких мыслей. Они – не результат их собственной сообразительности и просвещённости, а прямое духовное вдохновение и наставление самого носителя чистой Пророческой Миссии (Мир Ему и Благо). Такие произведения, как “Дажльджалютия”, “Месневи-и Шариф” и “Футухуль-Гайб” принадлежат этому виду. Эти славные личности представляют собой только лишь своего рода переводчиков, выразителей этих святых книг. Эти праведники имеют свою долю в составлении и форме изложения этих выдающихся произведений, то есть, они являются некими зеркалами и отражателями, удостоенными этих смыслов.
Что же касается “Рисале-и Нур” и его автора:
Поскольку в этом славном произведении имеется невиданная доселе в его подобиях некая высокая благодать просвещения и бесконечное совершенство; и, поскольку очевидно, что в форме, не достигнутой больше ни одним произведением, эти книги унаследовали свет благодати Досточтимого Корана, являющегося Божественным Факелом, Солнцем прямого пути и Путеводной звездой счастья, в таком случае является ясной, словно солнце, истиной, то, что основой “Рисале-и Нур” является только свет Корана и он несёт в себе больший свет благодати Мухаммада (Мир Ему и Благо), нежели произведения святых праведников, и доля Пророка, связь с ним и его святое руководство больше, чем в произведениях других праведников, и достоинства и совершенства духовной личности, удостоенной этого произведения и являющейся его выразителем, в той связи высоки и бесподобны.
Да, этот человек, ещё будучи ребёнком и не имея никакого образования, за три месяца начального обучения усвоил начальные и высшие науки, скрытые знания (ильм-и лядун) и суть вещей, секреты вселенной и Божественную мудрость. И до сих пор никто больше не смог достичь такой высокой удостоенности. В овладении этими необычайными знаниями ему совершенно нет подобия. Нет никаких сомнений в том, что в этом состоянии выразитель “Нура”, с необычайно стойкой нравственностью, формирующей воплощённое благочестие, необыкновенную отвагу и полную независимость, сам является неким чудом сотворения, некой олицетворённой помощью и настоящим даром.
Этот необычайный человек, ещё не достигши совершеннолетия, как бесподобный гений, бросил вызов всем областям науки, убедил в своей правоте и заставил замолчать всех ученых, с которыми дискутировал, на все реальные вопросы, из какой бы области они ни были, он без колеба-