большое удовольствие отсроченным на будущее, скрытым многочисленным наслаждениям, таким же образом, он больше опасается сегодняшних небольших трудностей, чем мучений целого года в будущем. К тому же, если в человеке преобладают чувства, он не будет прислушиваться к голосу разума. И, поддавшись велениям страстей и сомнений, человек предпочитает самые малые, незначительные сиюминутные наслаждения некой великой награде в будущем. И боится небольших сегодняшних затруднений больше, чем отсроченного великого мучения в будущем. Так как сомнения, страсти и чувства слепы, не видят будущего и даже отрицают его. А если им поможет ещё и нафс, то разум и сердце, являющиеся обителью веры, замолчат, будучи подавленными ими. В этом случае совершение больших грехов не исходит от безверия, а скорее, это происходит из-за подавления разума и сердца преобладанием чувств, страстей и сомнений.
А также, как стало ясно из предыдущих указаний, путь зла и страстей является разрушением и оттого очень лёгок. А дьяволы из людей и джиннов очень быстро направляют человека по этому пути. Удивительно, несмотря на то, что (по преданию хадиса) некий свет вечного мира величиной с крылышко мухи, оттого что он вечен, равен всем наслаждениям и благам, полученным человеком в течение своей жизни; некоторые несчастные люди, предпочитая незначительные, с крылышко мухи удовольствия этого преходящего мира, наслаждениям того вечного мира, которые ценнее, чем весь этот преходящий мир, идут вслед за дьяволом.
И вот поэтому Мудрый Коран своими многочисленными настойчивыми повторами, устрашениями и поощрениями запрещает верующим людям грехи и побуждает их к добру.
Однажды эти повторяющиеся строгие наставления Мудрого Корана навели меня на такую мысль, что столь беспрестанные напоминания и предостережения показывают верующих людей слабохарактерными и бесчестными, придавая им положение, не подобающее чести человека. Ибо в то время, когда подчинённому достаточен один приказ начальника, чтобы подчиниться ему, если он повторит десять раз один и тот же приказ, тот подчинённый почувствует себя сильно задетым и скажет: «Ты упрекаешь меня, я же не наглец». Между тем, Мудрый Коран настойчиво, с повторами повелевает самым искренним верующим.
В то время, когда эти мысли беспокоили мой разум, было у меня двоетрое преданных друзей. И я много раз напоминал и предостерегал их, чтобы они не поддавались козням людей-дьяволов. Они не обижались на это и не говорили: «Ты нас упрекаешь». Однако про себя я думал: «Этими постоянными своими напоминаниями я задеваю их и упрекаю в отсутствии