рахмана я увидел, что и оставшаяся вторая половина моего мира тоже умерла. Все мои связи с этим миром полностью оборвались. Ведь если бы он остался в этом мире, то мог бы стать некой сильной основой моей относящейся к Иному миру обязанности в этом мире, и после меня стал бы неким благим наследником, полностью занявшим моё место, а также в этом мире мог бы быть неким самым преданным товарищем и поводом для утешения, и был бы самым сообразительным моим учеником и собеседником, и самым надёжным владельцем и хранителем “Рисале-и Нур”.
Да, в отношении человечности для людей подобных мне, такие потери очень жгучи, мучительны. Хотя внешне я и старался терпеть, но в душе моей происходила страшная буря. Если бы утешения, приходящие от света Корана, время от времени её не успокаивали, выстоять мне было бы невозможно. В то время я в одиночестве уходил бродить по горам и ущельям Барлы. Сидя в пустынных местах в горькой печали, передо мной, словно в кино проплывали картины счастливой жизни, в старые времена проведённой с такими преданными учениками, как Абдуррахман, и при этом легкоранимость, возникшая из-за старости и удалённости от родины, разрушала мою стойкость. Но вдруг получил развитие смысл такого святого аята, как:
﴿ كُلُّ شَىْءٍ هَالِكٌ اِلَّا وَجْهَهُ لَهُ الْحُكْمُ وَاِلَيْهِ تُرْجَعُونَ ﴾ [^208]
[^208]:“…Всякая вещь гибнет, кроме Его Лика. У Него решение, и к Нему вы будете возвращены!” (Коран, 28:88).
И он понудил меня произнести:
يَا بَاقِي أَنْتَ الْبَاقِي ❀ يَا بَاقِي أَنْتَ الْبَاقِي [^13]
[^13]:«О Вечный, Ты вечен! О Вечный, Ты вечен!»
с чем дал мне истинное утешение.
Да, в том пустынном ущелье, в том печальном состоянии, со смыслом этого святого аята, как указано в брошюре “Путь сунны”, я увидел себя у изголовья трёх больших покойников:
Первый – в виде надгробного камня над могилой пятидесяти пяти умерших Саидов, похороненных в моей пятидесятипятилетней жизни.
Второй покойник – это начиная от времён Адама (мир ему), все мои единородцы и все люди умершие и похороненные в могиле прошлого, и себя я увидел в виде маленького живого существа, которое, словно муравей, ползёт по поверхности этого века, являющегося неким могильным камнем в изголовье того огромного покойника.
Третий покойник же – это с происходящими каждый год на лике мира смертями неких странствующих миров, подобных людям; и то, что этот большой мир по смыслу этого аята тоже умрёт, воплотилось перед моим воображением.