سُبْحَانَكَ يَا لَٓااِلٰهَاِلَّااَنْتَ الْاَمَانُ الْاَمَانُ خَلِّصْنَا وَاَجِرْنَا وَنَجِّـنَا مِنَ النَّـارِ
“Хвала Тебе! Нет божества, кроме Тебя. Помилуй! Избавь, защити, спаси нас от огня!”
В этом повторении имеется такая самая великая истина во Вселенной, как единобожие (таухид); и самое важное назначение из трех таких великих назначений созданий, обращенных к Божественному Правлению, как тасбих (освящение), тахмид (благода-рение) и такдис (возвеличивание); и такой самый серьезный вопрос рода человеческого, как избавление от вечных мук; а также самая необходимая суть поклонения и человечес-кого бессилия. И с этой точки зрения если эта фраза будет повторена тысячи раз, все равно этого будет мало.
Таким образом, повторения в Коране относятся к подобным основам. И даже иногда на одной странице ввиду потребности темы, необходимости в вразумлении и красноречивости изложения двадцать раз прямо и косвенно выражают истину единобожия, не только не пресыщая, но и придавая силу и воодушевляя. В книгах “Рисале-и Нур” с доказательствами разъяснено, насколько к месту, целесообразны и красноречивы имеющиеся в Коране повторения.
Секрет и смысл различия мекканских (ниспосланных в Мекке) сур Чудо- Изложения-Корана с мединскими в отношении красноречия, и’джаза, а также подробного и краткого изложения заключается в следующем: В Мекке в первом ряду теми, к кому обращался Коран, и его оппонентами были многобожники и малограмотные люди племени Курейш (к которому относился и Пророк Мухаммад (МЕИБ) – прим. пер.), отчего для сильного по красноречию высокого слога и красноречивого убедительного обзора и укрепления необходим повтор. Поэтому в большинстве своем мекканские суры с чрезвычайно сильной, высокой и чудотворной лаконичностью повторно излагая столпы веры и ступени единобожия, настолько сильно обосновывают основы и Иной мир, бытие Аллаха и Ахирата не только на одной странице, в одном аяте, в одной фразе, в одном слове, а иногда даже в одной букве и в таких формах, как вынесение на первый план и перенесение в конец, описание и неопределенность, пропуск и упоминание, что гениальные мастера риторики принимали это с изумлением.
Книги “Рисале-и Нур”, и в особенности, Двадцать пятое Слово вместе со своими приложениями (сжато обосновавшее сорок граней чуда (и’джаз) Корана), и тафсир (толкование Корана) под названием “Знамения чуда” из книг “Рисале-и Нур”, написанных на арабском языке (в удивительной форме доказавший ту грань чуда, которая касается стихосложения Корана), фактически показали, что в мекканских сурах и аятах таится самый возвышенный слог красноречия и самый высокий лаконичный и’джаз.
Однако же в Медине в первом ряду теми, к кому обращался Коран, и его оппонентами были люди Писания – иудеи и христиане, подтверждающие бытие Аллаха, поэтому в мединских сурах и аятах из-за потребности в красноречии и наставлении на путь истинный и от необходимости соответствия теме и положению нужно было простым, ясным и подробным языком изложить людям Писания не высокие основы религии и столпы веры, а детали, в Божественных Законах и предписаниях являющиеся источниками и основаниями подробностей и всеобщих законов, являющихся предметом разногласий. Поэтому в большинстве своем в изложении этих мединских сур и аятов, имеющем подробности, разъяснение и простоту стиля, со свойственной исключительно Корану неповторимой формой изложения вдруг в этом частном, относящемся к подробностям, обстоятельстве, осветив и возвысив эту тему, он упоминает высокий, сильный вывод, концовку, довод и какую-нибудь фразу, касающуюся единобожия, веры, Иного мира, которая делает общезначимым это частное