Затем тот претендент, отчаявшись и в ней, встречает тело человека. Снова языком слепой природы и беспутной философии, подобно речам натуралистов говорит: “Ты мне принадлежишь, я тебя создал, по крайней мере, в тебе есть доля моего участия”. В ответ ему то человеческое тело, языком истины и мудрости, а также языком своего гармоничного порядка, говорит:

“Если у тебя есть сила и знание, чтобы в действительности управлять всеми человеческими телами, которые являются моими подобиями, на лицах которых, как и у меня, имеется одна и та же печать могущества и штамп одного происхождения; и если есть у тебя богатство и власть, чтобы быть хозяином складов моего продовольствия, которыми является все, начиная от воды и воздуха, и до растений с животными, и если есть у тебя бесконечное могущество и бескрайняя мудрость, которые способны в этой оболочке, которой я являюсь, в этом тесном, ничтожном футляре, разместить очень широкий и возвышенный дух, сердечные чувства, разум и им подобные духовные изящества, а затем с совершенной мудростью использовать их и привести к поклонению, то давай, покажи, а потом говори “Я тебя создал”. Иначе молчи! По свидетельству моего совершенного гармоничного порядка и с указанием штампа единственности на моем лице, мой Творец – Тот, кто Могущественен над всем, в каждой вещи Знающ, всякую вещь видит и все слышит. А такой, как ты, бессильный растеряха не сможет соваться со своими пальцами в Его творчество, не может вмешаться даже на вес пылинки”.

Также и в теле не найдя места, куда бы он мог вмешаться, тот представитель сотоварищей снова уходит и встречает на пути человеческий род (человечество). Про себя произносит: “Как вмешивается сатана в осознанную деятельность и общественную жизнь этого разрозненного и перемешанного общества, может также и я смогу вмешаться в положение его бытия и в его естество, может найду место, куда смогу засунуть свои пальцы, а оттуда, найдя какой-нибудь путь, смогу управлять и отвергнувшими меня телом, и его клетками”. Потому, снова языком слепой природы и беспутной философии, говорит человеческому роду: “Вы выглядите, как нечто смешанное. Я ваш господь и хозяин, или, по крайней мере, в этом есть моя доля”. Тогда человечество, в ответ ему, словом правды и истины, языком мудрости и порядка, говорит:

“Если есть у тебя сила и мудрость, которая могла бы создать и, постоянно освежая, обновлять все одеваемые на земной шар одеяния, сотканные и сшитые с совершенной мудростью из разноцветных нитей сотен тысяч видов животных и растений, подобных нашему виду, а также сотканные из сотен тысяч разновидностей живых существ и созданные в виде некоего сложного узора ковры, расстеленные на поверхности Земли; и если есть у тебя всеохватывающее могущество и всеобъемлющая мудрость, которая бы могла управлять земным шаром, плодом которого мы являемся, и миром, семенем которого являемся мы, а также, смогла бы отправлять нам изо всех уголков мира, в мудрой соразмерности, необходимые для нашей жизни материалы; и еще если есть у тебя могущество, чтобы создать все наши прошлые и будущие подобия, на лицах которых, как и у нас имеется отпечаток одной и той же мощи, тогда может ты и сможешь претендовать на господство над нами. Иначе же молчи! Глядя на запутанность в нашем виде, не говори: “Смогу вмешаться”. Потому что порядок совершенен. То, что ты посчитал запутанностью, является неким размножением копий в совершенном порядке, в согласии с книгой предопределения могущества. Ведь совершенная гармония, находящихся намного ниже нас и являющихся нашими подчиненными животных и растений показывает, что наблюдаемая в нас переплетенность является некой разновидностью письменности.