самого «Рисале-и Нур», он получил оправдание. И сделав причиной только маленький отрывок «Рисале-и Нур» – Урок о покрытии, суд незаконно, на основе собственного убеждения, пяти-десяти ученикам из ста назначил наказание в шесть месяцев, и с учетом четырех месяцев нахождения под арестом во время исследования, мы находились в заключении полтора месяца. Десять лет спустя денизлийский суд опять девять месяцев ведет следствие под несколькими предлогами, подобными обвинению в создании общества или тариката, одновременно тщательно исследуя все письма и записи, сделанные за двадцать лет. И в то время, когда они находились на изучении в судах Анкары и Денизли, и те суды единогласно приняли оправдательное решение относительно обвинений в создании общества, тариката и всех других причин ∗ [^120], и когда те книги и письма вернули их хозяевам, а Саида и его друзей оправдали, обвинять его в создании политического общества, смотреть на него как на политического интригана и снова вводить в заблуждение чиновников правоохранительных органов в вопросе организации им общества и тариката – насколько это незаконно, знают не потерявшие свою человечность.

[^120]:∗ Основа и цель Света – осознанная вера и истины Корана. Поэтому три суда относительно тариката дали оправдание. И за эти двадцать лет ни один человек не сказал: «Он научил меня тарикату». И направление, с которым в течение уже тысячи лет связано большинство предков, не может стать основой для привлечения к ответственности. И нельзя обвинять в тарикате тех, кто противостоит скрытым лицемерам, которые приписывают истинам Ислама имя «тарикат». А общество, относительно исламского братства, является братством, относящимся к вечности. Наоборот, три суда приняли решение, что оно не является политическим обществом. – прим. автора.

Пятая. Итак, руководствуясь основой направления «Рисале-и Нур» и таким правилом тридцати лет моей жизни, как милосердие, я, чтобы не был причинен вред одному невинному, не то что не пристаю к мучившим меня преступникам – я их даже не проклинаю. Даже против грешника, издевавшегося надо мной с самой суровой ненавистью, и даже против безбожных тиранов, несмотря на то, что я злился, не то что физически, а даже выйти против них с проклятиям, мне запрещает милосердие. Потому что у того безжалостного тирана есть либо отец, либо мать, и чтобы не пришел материальный и духовный удар престарелым беднягам или его не-