ности? Из-за проявленного ко мне почтения, находящегося вне пределов моей воли и моего согласия, в отношении меня совершается вероломство. Если даже допустить невероятное, и всеобщее внимание народа будет истиной, то для родины и народа от этого будет только польза и никакого вреда.

И если даже я приму одну только его часть, то в этой старости, в болезненном состоянии, находясь в холодной комнате, в страшном одиночном заключении, для того, чтобы в моих самых необходимых нуждах мне помогали один-два человека, принимать их дружбу – в чем здесь вред? Какой закон это запрещает? Кроме одного-двух помогающих мне детей, запрещать встречу со мной всем остальным – на основе какого закона это возможно? Оттого, что эти помогающие мне дети постоянно не находятся со мной, я свои дела сам не могу делать. Конечно, долгом полиции, правительства и чиновников этой страны является обратить внимание на это страшное положение. Пишу Вам об этом, предполагая, что это заставит Вас серьезно задуматься.

Находящийся в абсолютном
уединенном заключении в Эмирдаге

Саид Нурси ∗∗∗

► (077) ◄

Мои дорогие преданные братья!

Да вознесется безграничная благодарность Аллаху, что начала проявляться ожидаемая с давних пор помощь от ученых Коньи.

Да, «Рисале-и Нур» вышел из медресе, внутри знания открыл путь к истине. Основываясь на том, что настоящими хозяевами и сторонниками его являются имамы, воспитанники медресе, и от того, что город Конья с давних времен является ярким и постоянно работающим медресе всей Анатолии, и из письма Сабри я понял, что ученики того благословенного медресе начали становиться хозяевами «Рисале-и Нур», относится к нему как к своему имуществу и начали его изучать; здесь, приехав в место, расположенное рядом с Коньей, я, обрадовавшись всей душой, встречаю все навалившиеся на меня проблемы с отрадой и выдержкой.

В первую очередь я разделяю свой успех с очень уважаемым ценным хозяином благородного тафсира Ходжой Вехби Эфенди и