Пусть Аллах своими милостью, щедростью, сохранением, защитой, наставлением и ведением по истинному пути поможет вам в издании и распространении «Рисале-и Нур» и Чудо-Изложения Корана с совпадениями, аминь!
Во-вторых. С давних времен я читаю «Хуласат-уль-Хуласа» (Вывод из вывода), имеющий положение таухида [^59] во время тасбихата [^60] намаза, являющийся выводом из «Хизб-уль-Нурия», который, в свою очередь, выходит из «Великого Знамения», являющегося воплощением всего «Рисале-и Нур», а в основном истины «Рисале-и Нур» проявлялись во время чтения тасбихата после намаза, и в это время мое воображение, расширяясь, каждое из произнесенных мной тридцати трех высказываний таухида произносит образным языком каждого уровня творений этой Вселенной, слова таухида, сходящие с моего языка, превращаются в слова, высказанные всеобщим образным языком всех творений. И это чтение приносит мне совершенное воодушевление. Также и вам направляю его копию.
[^59]:1 Таухид – утверждение единства Творца. – прим. пер.
[^60]:2 Тасбихат – восхваление Всевышнего Творца. – прим. пер.
У меня не осталось сомнений, что вывод из «Хизб-уль-Нурия» несет секрет хадиса о تَفَكُّرُ سَاعَةٍ... الخ «Часе размышления…» [^61]– и «Хуласат-уль-Хуласа», читаемый за пятнадцать минут, также несет в себе этот секрет. Не знающим арабский язык, если они глубоко поймут степени «Великого Знамения», также будет полностью понятен и этот вывод. Не знающие арабского языка поймут его в том случае, если несколько раз одновременно посмотрят на них обоих. Я читаю его один раз в течение суток или во время тасбихата после утреннего намаза, или во время большой усталости, а также в проблемные периоды. Это придает мне некое возвышенное состояние, снимает усталость. Будет правильно записать его в конце «Великого Знамения» и «Хизбу-ль-Нурия». Есть большая мудрость в том, что как «Великое Знамение» и большая часть истин «Рисале-и Нур» проявились во время Рамазана и тасбихата после намаза, так же и «Хуласат-уль-Хуласа» проявился во время Рамазана и тасбихата после намаза.
[^61]:3 Смысл: «Иногда час размышления лучше, чем год поклонения» (Аджлуни, Кашфуль-хафа, 1/370). – прим. пер.