ژِى شَرِّ صَحَابَانْ مَكَه قَالُ وقِيـلْ لَوْ رَا جَنَّـتِيـنَه قَاتِلُ وهَـمْ قَتِـيلْ

То есть: “Не злословь о войнах сахабов. Потому что и убивший, и убитый – оба в Раю”.

Суть истинной и относительной справедливости такова:

Согласно указательному смыслу аята:

﴿ مَنْ قَتَلَ نَفْسًا بِغَيْرِ نَفْسٍ اَوْ فَسَادٍ فِى الْاَرْضِ فَكَاَنَّمَا قَتَلَ النَّاسَ جَمِيعًا ﴾ [^51]

[^51]:“Кто убил душу не за душу или не за порчу на земле, тот как будто бы убил людей всех” (Коран, 5:32).

правом одного невинного нельзя пренебречь даже ради всего народа. Единицей нельзя пожертвовать даже ради всеобщего спасения. На взгляд милосердия Аллаха, право – это право, не важно, большое оно или маленькое. Ни ради маленького, ни ради большого им пренебречь нельзя. Без согласия единицы нельзя пожертвовать её жизнью и правом, даже ради благополучия всего общества. Если же из патриотизма та единица даст своё согласие, то это другое дело.

“Относительная справедливость” же ради спасения целого жертвует частью. Ради общества не принимает во внимание право единицы. Называя это наименьшим злом, старается соблюсти некую сравнительную справедливость. Однако если есть возможность соблюдать истинную справедливость, то относительной справедливостью руководствоваться нельзя, в противном случае произойдёт насилие.

Итак, Имам Али (да будет доволен им Аллах), сказав: “Соблюсти истинную справедливость, как во времена Абу Бакра и Умара, возможно!” – взял это за основу исламского халифата. Его оппоненты же и соперники рассудили, что: “В этом есть очень большие сложности и это невозможно”, – и избрали справедливость относительную. Другие же причины их столкновения, показанные историей, истинными не являются, они лишь поводы.

Если же скажешь: “Почему, не смотря на то, что с точки зрения исламского правления, Имам Али имел необыкновенное могущество, феноменальную проницательность и высокое достоинство, однако в сравнении с предшественниками он был безуспешен?”

Ответ. Этот благословенный человек был больше достоин других обязанностей, намного более важных, нежели касающиеся политики и правления. Если бы он полностью преуспел в политике и правлении, то не смог бы поистине заработать такое знаменательное звание, как “Шах-и велайет” (Предводитель святых). Между тем, он получил некое духовное правление, гораздо более высокое, чем внешний и политический халифат. И он