не уважающему религию, во имя тюркизма, носящего смысл европеизма, по некой искажённой и еретической фетве, таким людям другой нации, как я, навязывается чтение азана на турецком языке? Да, я имею истинно дружеские и братские привязанности к настоящим туркам, но при этом я ни в каком отношении не связан с такими, как вы, подражающим европейцам тюркистами. Как вы требуете это от меня? По какому закону?.. Если вы избавитесь от курдского народа, насчитывающего миллионы человек, который уже тысячи лет помнит о своём языке и национальной принадлежности, и является настоящим соотечественником турков и их давним товарищем по джихаду, и если заставите их забыть свой язык, тогда ваше навязывание таким, как я, людям другой нации может и могло бы иметь некие дикие основания.. Иначе же это полный произвол. Произволу отдельных личностей подчиняться нельзя, и мы не подчиняемся!..
Пятый. Если некая власть может применять свой закон своим подданным и принятым в подданство людям, то тем, кого она в подданные не принимает, применять свой закон не может. Потому что те люди скажут: “Раз мы – не ваши поданные, то и вы – не наша власть!..”
И ни одна власть не даёт два наказания одновременно. Некого убийцу она или бросает в тюрьму, или казнит. Ни в каких законах нет такого, чтобы можно было одновременно и посадить, и казнить!
Итак, несмотря на то, что ни стране, ни народу я не нанёс никакого вреда, вы меня поместили в такую неволю, в какую не помещают даже самого чужестранного преступника. И хотя вы амнистировали преступников, меня лишили свободы и не дали мне гражданских прав. Раз вы не посчитали меня сыном этой страны, то на каком основании и по какому закону вы вопреки согласию вашего бедного народа навязываете этот ваш нарушающий свободу режим такому, как я, во всех отношениях чужому для вас человеку? Поскольку многие геройские поступки и самоотверженную борьбу за родину, во время Мировой Войны, причиной которых, по свидетельству командующего армией, стали мы, вы считаете преступлением. И так как весьма серьёзные и действенные усилия, направленные на сохранение нравственности этого бедного народа, а также на обретение им мирского и вечного счастья, вы называете предательством. И человека, не приемлющего для себя эти, по смыслу, бесполезные, вредные, опасные, произвольные и неверные европейские порядки, вы наказали восемью годами лишения свободы. (А сейчас это уже двадцать восемь лет). Наказание же бывает одно. Я не признал это обвинение, и вы заставили меня понести наказание. Так какой закон позволяет насильно дать мне ещё одно наказание?