Если сопоставить с этим происшествием другие действия, то станет понятно, что это полный произвол против меня, в ходе которого на меня набрасываются змеи и собаки. Я же не опускаюсь до того, чтобы тратить на них время. Для того чтобы избавиться от зла этих вредителей, прибегаю к Всевышнему.

Вообще, люди, ставшие причиной инцидента, из-за которого мы были сосланы, сейчас находятся у себя на родине. Они влиятельные руководители, стоят во главе племён. Все они были освобождены. Меня же, хотя я никак не связан с миром (да съест он их головы) и ещё двоих человек это не коснулось. И на это я тоже махнул рукой. Однако, один из тех двоих назначен в месте своего нахождения муфтием, свободно ездит повсюду, кроме своей родины, и бывает даже в Анкаре. Другой же оставлен в Стамбуле среди сорока тысяч своих земляков и может встречаться с кем захочет. Между тем, эти двое не являются такими, как я, одинокими людьми, машааллах, у них есть большое влияние. И... К тому же, меня засунули в глухую деревню и столкнули с самыми бессовестными людьми. Даже в соседнюю деревню, расположенную в двадцати минутах ходьбы, где я смог побывать два раза за шесть лет, мне ходить не разрешают и не позволяют мне для смены обстановки остаться там на несколько дней. Между тем, какой бы ни была власть, закон у неё один. Для деревень и отдельных личностей он другим быть не может. Значит, закон в отношении меня – это беззаконие. Местные чиновники используют властные полномочия в своих корыстных целях.

Однако, я бесконечно благодарю Всемилостивого и Милосердного Аллаха и в качестве сообщения о Его милости могу сказать, что все эти их давления на меня и притеснения обращаются в дрова для огня усердия и рвения, разжигающего свет Корана; усиливают его сияние. И этот сжатый тем давлением и разросшийся от жара того усердия свет Корана, вместо одной Барлы обратил в некое медресе всю эту область и даже большую часть страны. Они думают, что я заключён в одной деревне. Однако, наперекор безбожникам, Барла стала преподавательской кафедрой, а многие места, подобные Испарте, обратились в образ медресе.

اَلْحَمْدُ لِلّٰهِ هٰذَا مِنْ فَضْلِ رَبِّى [^118]

[^118]:“Хвала Аллаху, это дар моего Господа!”

∗∗∗