ли бы. А если бы поспорили, то, поскольку сторонников спора – неверующих и лицемеров – было значительно много, то они наверняка поддержали бы его и распространили его повсюду. (Подобно тому, как они распространили всё, что было против Ислама). Если бы распространили, и спор имел бы место, то наверняка это в неком торжественном виде вошло бы в историю и разные книги. Однако, вся история и книги перед нами, и ни в одной из них нет ничего, кроме нескольких басен Мусайлимы Каззаба. Между тем, Мудрый Коран на протяжении двадцати трёх лет непрестанно бросал им вызов, задевая их самолюбие и подстёгивая их упрямство. И он говорил им:
“Приведите и покажите подобие этого Корана от такого же не умеющего читать и писать человека, как Верный Мухаммад.
Что, этого сделать вы не можете, тогда пусть тот человек не будет неграмотным, пусть будет очень образованным и учёным.
Что, и этого вы не можете привести, тогда пусть он будет не один, пусть соберутся все ваши учёные и ораторы и помогают друг другу. Даже пусть ваши боги, на которых вы надеетесь, помогут вам.
Вы бессильны сделать и это, тогда воспользуйтесь ранее написанными красноречивыми произведениями и даже призовите на помощь будущее, и сделайте подобие Корана, покажите его.
Что, и это вам не под силу, тогда пусть это будет подобие не всего Корана, а лишь десяти его сур.
Что, не можете привести настоящего, истинного подобия десяти сур, тогда составьте что-то из ваших легенд и вымышленных рассказов. Приведите тогда подобие лишь его стиха и красноречия.
Итак, вы не можете сделать и этого, тогда приведите подобие одной единственной его суры.
Пусть даже не длинной, а одной короткой его суры.
Иначе же ваша религия, жизнь, имущество и семьи окажутся в опасности, как в этом мире, так и в Ином!”
Таким образом, на восьми уровнях Мудрый Коран, в виде победы в споре, уже не двадцать три года, а тысячу триста лет бросал и бросает вызов всем людям и джиннам. Однако, в прежние времена те неверные, бросая в опасность свои жизни, имущество и семьи, избрали самый страшный путь – путь войны, и оставили путь спора, являющийся самым коротким и простым. Значит путь спора был не возможен.