время этого праздника. Оставшиеся двадцать, отправив обратно через Сабри и от его имени, возвращаю их вам, не обижайтесь. И особенно четыре прекрасных подарка, написанных весьма исключительными перьями (حسن. ع . م) , я воспринял очень ценными. Иншааллах, в этих окрестностях это побудит многих к воодушевленной переписке Рисале-и Нур. Сотни тысяч благодарностей Всевышнему Аллаху за то, что Он одарил Рисале-и Нур такими вот сильными перьями.

Меня очень обрадовало письмо Мехмеда из «Коллектива Благословенных». Во время написания этого письма я прочел его находящимся рядом почетным людям нашей местности. И те почтенные люди с изумлением аплодировали, произнося: «Машааллах, Баракаллах». То письмо и некоторую часть других писем мы поместим в Сборник Приложений.

Письмо Хаджи Османа, которому в будущем суждено стать соратником Старшего Мустафы, являющегося первым наследником Абдуррахмана и первоклассным учеником Рисале-и Нур, а также упомянутые в том письме сны являются осмысленными, и толкования их верны.

Дорогие мои братья, в эту минуту разговора с вами до разговенья осталось полчаса. В этот праздничный вечер болезнь очень сильна. И поэтому я не могу много разговаривать. Благодаря чудесной молитве об исцелении, совершенной духовной личностью Рисале-и Нур, у меня уже прошла тяжесть той большой и опасной болезни.

Но все же имеется такой сильный кашель и волнение, что вынужденно сокращаю разговор с такими, как вы, братьями, которых я люблю больше своей жизни.

Случилось так, что в окрестностях Испарты были воспитаны сотни молодых Саидов и Хусревов. Этот пожилой и слабый Саид с совершенно спокойной душой готов попрощаться с этим миром. Размышляя о занятости Рисале-и Нур особо важным Медресе-и Нурие, которым является селение Сав, и о деятельности Ахмедов и Мехмедов во главе с Хаджи Хафизом и Мустафой Гюлем, и даже о служе-